Жили-были дед да баба. Его баба. Персональная. Даже не баба, а целый бабец! И уж такой это был бабец – прямо пи.. конец! В смысле, упасть - не встать! Росту в два метра ноль восемь с половиной сантиметра, окружность бедер – сто два девяносто, талии – двести пятьдесят, грудей – вдвое чем у Памелы Андерсон, известной грудастницы ненашего происхождения (ну и чёрт с ней!). Про вес сообщать не буду, это излишне, но очень впечатляет, очень! На личико без радостных слез не взглянешь : щечками румяна, скулами мощна, носиком синюшна. Из ноздрей широких жар-пламень извергается , из ротика чемоданообразного – перегарище удушающий, из глаз бездонных – ливень с градом , местами облачно, холодно, голодно , дневная температура – ноль, ночью ее вообще нет .
А как упрет эта бабец руки в боки, да как зачнет плясать – стены в избе ходуном ходят, крыша к небесам подпрыгивает, кастрюли, вечно пустые, на плите, вечно холодной, на потолок запрыгивают, друг о дружку стукаются весело, тараканов да клопов грохотом своим музыкально-колокольным до умопомешательства доводят .
А дедок ей, красавице своей ненаписанной, в помощь как балалайку свою электроакустическую схватит, да как зачнёт наяривать! Прямо Ванесса Редгрейв какая-то, а не чмошник занюханный, любитель алкоголизма! И репертуар – куда там Ванессе! Здесь тебе и камаринская, и московская плясовая, и «Вдоль по Питерской», и кадриль с гопаком и менуэтом, и «Артиллеристы, Сталин дал приказ!», и битловская «Ком ту геза»! Заслушаешься, если не оглохнешь!
А как утомятся они, играючи да плясаючи, то по разным сторонам расходятся: бабец – на перину пуховую, спать – почивать, на пышну массу давить, а дед – в офис, счетами греметь, барыши подсчитывать. Он, этот наш с виду абсолютно безобидный дедушка, вообще-то, олигарх. Владелец заводов, газет, пароходов. А дураком прикидывается, чтобы налогов не платить. Дескать, дурак - он и есть дурак. Какой с него налоговый спрос и налоговая же выгода?
И вот однажды, ясным летним утром, наплясавшись, наигравшись песен наоравшись ,говорит дедок своей бабец… Нет ,не так . Говорит дедец своему бабцу: «Спроворила бы ты мне, бабец, мой любимый холодец. Очень уважаю я сей немудрёный закусец. Особенно под рюмку под рашен уодки.».
Ан не выйдет ничего, разлюбезный мой дедец, вдруг огорошила его бабец . Потому как желатина нету , соль с хреном тоже отсутствуют , а свинячьи уши мы пожрали с тобой еще на прошлогодний День Парижской Коммуны . Но не горюнься ,касатик, потешу я-таки утробу твою аппетитную, куда в тебя только столько влазит, морда ты ненасытная . Спеку я тебе под рюмку под водки колобок. Благо у нас в амбаре осталось еще сто пятьдесят восемь мешков муки, от красноармейских продотрядовцев да налоговых инспекторов надежно припрятанных. Так что выше бороду, майн либер старикейшн! Погоди помирать, ишо не все песни проорали!
И спекла – таки, мастерица – рукодельница, дедульке колобок. Да и не просто колобок получился, а самый настоящий Колобец. Можно даже сказать –колобище! Ну и чего, собственно, в этом удивительного? Самое оно из полутораста-то мешков! Выкатила его бабец на широкий на крылец, а оттуда – на землец, а то не выдержит такого буйвола крылец и настанет ему полно-окончательный пи... трендец. Остужайся покедова, молвила бабец Колобцу, а я пока пойду приготовлю дедушке нашему, старому козлятине, чтоб рюмку чтоб вонючей самогонки , а водочкой я и сама не дура потешиться. И ушла в избу, наивная и доверчивая
.
Полежал – посидел – покряхтел Колобок, ветерком малость обдулся, дождичком капельку умылся – и призадумался, детинушка сто с лишним пудовый. Хорош, подумал, балду валять. Пора в бега. А то этот старческий проглот сейчас проснется-опомнится, жрать-пить захочет, а едальник у него – будь здоров, сколько в него ни мечи, все равно мало (одно слово, олигарх). Так что самое время делать мне, несчастному, отсюда ноги, которых у меня согласно оригинальному телосложению нет и быть не может, ну и хрен с ними.
И покатился Колобец по лесной по автотрассец подальше от своих непутевых родителей. Катится себе посреди шоссейки , продукцию отечественного автопрома принципиально не трогает, зато капиталистические иномарки всякие- разные ,на пути попадающиеся, давит своей пугающей тушей безжалостно . И вдруг видит – заяц . Стоит посередь дороги, при шлеме и в тужурке милицейской, палку полосатую, жезлом прозывающуюся, в лапах теребит. Рядом, в кусточках придорожных, моциклетка с коляской и мигалкой. В общем, приятно познакомиться. Нарвался Колобец.
-Младший лейтенант Заяйцев, - представился ушастый. – Па-а-апрашу докуменьтики!
-Почесался Колобец, призадумался. Дела хреновые. Нету документов. Не выдала бабец.
-Младшой, а младшой! – обратился ласково. – А, может, младшой, полюбовно договоримся?
-Да как вы можете, господин округлый? – тут же на всякий случай оскорбился заяц. – Как только у вас язык ваш повернулся такое предлагать мне после успешно пройденной переаттестации на звание полицейского инспектора дорожного регулирования, сокращённо -ПИДР! Я, между прочим, отличник патрульно – постовой службы, а также боевой , половой и прочих идейно – политических подготовок! Короче, стольник «зелени» - и я ничего не видел.
-Какие еще доллеры? – удивился Колобец – Я что, похож на Международный банк реконструкции и развития? Самое большое, что могу предложить, так это откусить меня за бочок.
Нет, нормальное предложение! Не каждый же раз вам предлагают откуситься от сказочного персонажа, героя русской народной сказки! Да только лопоухий лопоухим попался. Не согласился и вдобавок в этому шибко разобиделся. Мне американские рубли, заявил возмущенно, гораздо слаще вашего, господин кругластый ,подозрительно непропеченого бока. И вообще, от вашего поедания, гражданин почти подследственный .запросто можно озаботиться заворотом кишок.
Понятно что этими обидными до невозможности словами сильно рассердил он Колобца. Который взял да и переехал мздоимца ушастого. И моциклетку его тоже. Будет теперь раздавленный знать, как разводить честных и округлых граждан на эти взятки мерзкие, унижающие естество и суть нашей сегодняшней беспощадной борьбы с борьбой против коррупции!
Катится Колобец дальше. Птички поют, солнышко светит, «мерины» с «бумерами» да «пежовки» с «вольвешками» по кюветам в обе стороны весело разлетаются или в большущщий блин прямо на проезжей части раскатываются. И нет им, интервентам, от нашего разрумянившегося патриота никакой пощады.
Перед поворотом – указатель , а за поворотом – гадкий волк. Тоже в каске полицейско-гибедедешной , в мундире , с палкой полосатой и автотранспортом служебным , «жигулями» обзываются.
-Капитан Хышников! – представляется и лапу свою, негигиеническими серыми волосьями заросшую, к голове этак залихватски подбрасывает , да клыки ужасные ,никотином прокуренные , ласково -кровожадно оскаливает.
- Па-а-апрашу документики!
-А как насчет мирного договора? – подмигивает ему Колобец.
-А как насчет операции «Чистые лапы загребущщие»? – режет тот ему вопросом на вопрос. – И вообще, чтобы мне званье свое офицерское и должность, горячо любимой Родиной даденую, не позорить , так и быть – двести пятьдесят !
-Рублей или граммов алкогольного напитка? –решил притвориться недопечёным болваном Колобец.
-Конечно рублей! – гордо отвечает этот хищный патриот. – Естественно, американских.
-А если совсем-совсем-насовсем по мирному договориться ? – намекает ему Колобец. – Если как ближайшие, не разлей вода ,кореши – дружбаны?
-И это можно! – соглашается волчара подозрительно покладисто. – Только этим вы меня, Дуся, смертельно оскорбляете .
Ну что делать? Вздохнул Колобец горестно да и прокатился со свистом-со смаком по волчаре коррумпированному и его отечественного производства автомашине. Дела-а-а...
И опять он катится по любимой Родине, опять километры не считает, потому как на душе его мукомольной – грусть-тоска несусветная. И ведь откатился-то от предыдущего хищника хрен да ни хрена, а смотрит – Миша. Стоит, косолапый, одной рукой малину жрет, а другим глазом на дорогу выжидающе косится. Без слов понятно – ждет. Кителёчек на ем полицейский, палка в могучих лапищах мнется-гнется, и пост у него солидный, потому что будка.
-Генерал Топтыгин! – проревел он Колобцу, в глаза ему бесстрашно глядючи. – Тыщща! А...- и не успел он следующую «бе» сказать, как всесокрушающим танковым ударом был на землю низвергнут вместе со своей персональной будкой. И, в общем-то, правильно! Потому как надо нам всем, значит, нашим здоровым обществом беспощадно навалиться на таких вот ведьмедей и прочих коррумпированных представителей автодорожной фауны. Потому как самая натуральная борзота и самое натуральное оборзение! Чуть чихнул не там, не так и не вовремя – все, пожалте бриться, разевайте ваши кошелечечьки! Ах, вы не желаете? Ну, тогда под белы ручечки! И не дергаться, а то будет бо-бо! Ферштеен?
Ну а лиса, гражданка Патрикеева, она же Рыжова-Рыженкова-Рыжкештейн, она же Лисицкая, она же Курятникова, она же Хитромудров Апполон Бельведердович, тысяча девятьсот...цатого года рождения , национальность – без национальности, место жительства – бомж , место работы - где придется. Пять судимостей, двадцать восемь побегов, и все - в тайгу, в тайгу! – так она к Колобцу даже и приближаться не стала. Потому как прикинула хвост к носу и рассудила здраво: Колобец, он хотя с виду и тихий, ловить на нем совершенно нечего. И даже более того – чревато. Вон он, какой могучий! Такого только огорчи – сразу увидишь веселое представление под названием «козья морда». Если кто желает посмотреть – пожалуйста, а мне, лисе,такие спектакли совершенно не во вкусе!
А закончилось это полное неожиданных закономерностей и закономерных неожиданностей путешествие так, как и должно было закончится : возвращением блудного попугая. То есть, сына. То есть, маэстро Колобца. Извините, сказал родителям, этим хорошо знакомым нам по первой серии дедушке и бабушке. Я больше не буду. Честное пионерское. Покатался я по просторам рассейским, познакомился с порядками нашими скорбными, от которых один только геморрой, и решил побыстрее когти рвать до дому-до хаты. А ежели схавать меня желаете, то не советую: зубов у вас и так только полторы штуки на две ваших хари осталось, а куснете меня – и эти полторы потеряете безвозвратно. Потому как за время походов странственных почерствел я и телом, и душой.
Сжалились, конечно, его родители, простили непутевого и в избу ввели. Тем более, что за время его отсутствия разжились и желатином, и солью -сахером с ушами свинячьими, и даже майонезом «провансаль» .И продолжили они жить-поживать, на электробалалайке исполнять, песни петь и на дуде игреть. Тут и сказке конец, а кто слушал – огурец. В смысле, холодец. В смысле, все. Конец. Ауфвидерзеен. До свидания товарищи.
|
